Музей Памяти 1941-1945 г. Чехов

История Лопасни


Как в Лопасне Хрущева принимали


Никита Хрущев

В сентябре исполнилось 35 лет со дня смерти Никиты Сергеевича Хрущева, незаурядного партийного и политического деятеля. Возглавляя в 1950-х — 1960-х годах ЦК КПСС и Совет Министров СССР, Н. С. Хрущев стал одним из инициаторов «оттепели» во внутренней и внешней политике, реабилитации жертв репрессий. Вместе с тем подавление инакомыслия, вмешательство в дела других государств, обострение военного противостояния с Западом делали его политику непосле-довательной. Политическая биография Н. С. Хрущева - яркое свидетельство тому, что ни историю, ни ее наиболее видных деятелей нельзя характеризовать только белыми или только черными тонами.
        В 1952 году, будучи первым секретарем МК КПСС, Никита Сергеевич Хрущев посетил Лопасненский район. Своими воспоминаниями об этом событии с читателями нашей газеты делится лопасненский старожил Евгений Александрович КРАСНОВ, работавший в то время первым секретарем Лопасненского райкома комсомола.
        Шел 1952 год, конец мая. Я работал первым секретарем Лопасненского райкома комсомола. В Доме пионеров проходил семинар пионервожатых, их готовили для работы в летних пионерских лагерях. Прочитав лекцию, я возвращался в райком комсомола, который находился в старом здании исполкома на ул. Московской. Здесь же находился и районный комитет партии. На шоссе перед зданием стояли четыре автомашины: две «Победы», одна — секретаря РК КПСС Н.П. Крылова, другая — председателя райисполкома И.И. Гришина, и два роскошных ЗИЛа с московскими номерами. Перед зданием и в коридоре райкома партии прогуливались незнакомые молодые люди, которые внимательно рассматривали всех, входящих в здание райкома.
        Взяв велосипед на плечо, тогда в райкоме комсомола это был единственный транспорт, я под-нялся на второй этаж. В приемной первого секретаря Николая Павловича Крылова сидел третий секретарь М.М. Корчагин и незнакомый подполковник. Корчагин попросил меня зайти к нему. Я ответил, что отнесу велосипед к себе и зайду. Когда зашел к нему в приемную, то по его просьбе рассказал о семинаре и о последних комсомольских событиях. Вдруг открылись двери кабинета Н.П. Крылова, и из него вышел Никита Сергеевич Хрущев. Обращаясь к Корчагину, он сказал:
- Я с Вами здоровался,
А мне сказал:
- С Вами — нет. Кем работаете?
Я сказал:
- Секретарем райкома комсомола.
Хрущев поздоровался со мной за руку и сказал:
- Поедете с нами в колхоз.
- Поеду, — говорю, — если возьмете.
Когда спустились на улицу, я хотел сесть в машину Крылова, но Хрущев сказал:
- Комсомол, садись в мою машину.
        В машину с Хрущевым сели также Николай Павлович Крылов, Иван Иванович Гришин, подполковник Шевченко (только не Семен Иванович), референт по сельскому хозяйству и я. Погода была прекрасная, тихо, светит солнце, тепло. Кавалькада машин повернула на дорогу, ведущую в сторону Венюковского завода. Только поднялись на бадеевскую горку, с левой стороны дороги увидели стоящий без переднего колеса трактор.
Хрущев, обращаясь к Крылову:
- Что-то стоит трактор?
Крылов:
- Наверное, тракторист остановился пообедать.
Хрущев:
- А колесо снял, чтобы использовать вместо стола?
        Наступила пауза, лишь референт, сидевший на заднем сиденье, ехидно захихикал. Проехали мимо Венюковского завода. Хрущев поинтересовался, что за завод, чего выпускает, с какого года работает. Приехали в деревню Хлевино, на центральную усадьбу колхоза «Красный путиловец». Остановились на небольшой площади перед правлением. Вышли из машин. Охрана разошлась в разные стороны, внимательно рассматривая всех подходивших. Весть о приезде высоких гостей быстро разнеслась по деревне. Стал собираться народ. Недалеко от правления стояла, наклонясь, доска показателей работы бригад. Хрущев посмотрел на нее, ничего не сказал и отвернулся. Крылов подтолкнул меня и кивнул в сторону доски. Я ее поправил. И когда Хрущев снова посмотрел на нее, то сказал лишь одно слово:
- Быстро!
Пошли через речку по мосту к свинарнику. Когда вышли из него, Хрущев, посмотрев на свои запачканные полусапожки, заявил:
- Да, свиньи живут по-свински. А это что? — указал на выброшенную, уже использованную в качестве подстилки солому. Крылов ответил:
- Навоз.
Хрущев:
- Сколько надо этой соломе пролежать в земле, чтобы сопреть? Нет бы пропустили ее через соломорезку и потом, использовав как подстилку, вывезли на поля.
Когда вернулись на площадь, Хрущев стал подзывать к себе колхозников. Подошел пенсионер, бывший кузнец В. Катков. Хрущев:
- Скажи, отец, вот мы объединили колхозы, это к лучшему или наоборот?
Катков:
- К лучшему, Никита Сергеевич.
Хрущев:
- А почему к лучшему?
Катков:
- Нас стало больше.
Хрущев:
- Ну, и беспорядка стало больше.
Подумав немного, Катков ответил:
- Ведь как было раньше? Почти в каждой деревне колхоз. Земли было немного, и клочками небольшими сеяли зерно, сажали картофель, овощи, гречку и другие культуры. Денег на оплату сельскохозяйственной техники не хватало. А теперь у нас специализация: одна деревня культивирует два — три вида растений. Поля расширились, увеличили стада животных. Стали больше производить сельхозпродукции.
Такой ответ удовлетворил Хрущева. Обращаясь к Крылову, он спросил:
- Ну, а где же председатель? Немая сцена.
Когда же разыскали бригадира, то, представляя ее Хрущеву, Крылов не мог вспомнить ни ее имя, ни фамилию.
Хрущев стал ее спрашивать:
- Скажи мне, ты сажаешь картофель?
Она отвечает:
- Сажаю.
Хрущев:
- Каким способом?
Она:
- Как скажет агроном.
Хрущев:
- А гречку сеешь?
Она опять отвечает утвердительно.
Хрущев:
- А как?
- Как агроном скажет.
Хрущев:
- А ты где-нибудь учишься?
- Нет, — отвечает женщина, — я уже стара.
- А сколько тебе лет?
Она:
- Тридцать пять.
Хрущев:
- Да какая же ты старая? Вот когда я работал на Киевщине, там была старуха, ей 75 лет, так она мне говорила: «Никита Сергеевич, научи меня чумизу сажать, я тебе такой урожай выращу!» Вот так она говорила — научи, то есть, хотела в свои преклонные годы учиться!.. Ну, что же, — говорит Никита Сергеевич, — председателя нет, поехали. Сели в машины. Перед этим подполковник подошел к И. И. Гришину, председателю райисполкома, и сказал ему, чтобы он пересел в свой автомобиль. Только отъехали от д. Хлевино, Хрущев спросил у Крылова:
- Скажи мне, почему колхозники не учатся на агрокурсах?
Крылов:
- Да нет, мы организуем такие курсы.
Хрущев:
- Ты сам-то учишься, читаешь?
Крылов:
- Да, читаю.
Хрущев:
- Скажи, сколько получит свинарка дополнительно за каждый лишний килограмм мяса?
Крылов молчит.
Хрущев:
- Ты сам не учишься и ничего не знаешь. Ты даже не знаешь фамилию, имя бригадира лучшего колхоза. Я на Киевщине в своем районе знал по почти всех лошадей. Ты что, больной, что ли?
Крылов:
- Да нет, вот только руки болят.
Хрущев:
- Сейчас, после войны, многие болеют, но они трудятся достойно. А ты? Приезжают из района люди, жалуются на тебя: кричишь, стучишь по столу кулаком, бьешь стекло, грозишь отнять партийный билет. Чем ты вообще занимаешься? Когда последний раз был в этом колхозе?
Крылов:
- В апреле.
- А где же был почти полтора месяца?
- Я езжу в отстающие колхозы.
- И что они, после твоего приезда стали лучше?
- Да нет.
- Сел бы в этом, как ты говоришь, лучшем колхозе, помог бы председателю поднять его. А потом на его базе стал бы поднимать другие колхозы.
Когда проезжали мимо деревни Сергеево, по мосту через овраг, машина днищем задела одно из бревен (мост так и называли — музыкальным, так как бревна играли под колесами). Хрущев, обращаясь к водителю, сказал:
- Вези, вези, хоть голодный, но вези.
Водитель отвечает:
- Да нет, Никита Сергеевич, пока Вы ходили по колхозу, я у одной хозяйки съел пару яиц и выпил пол-литра молока. На что Хрущев сказал:
- Вот это равноправие, начальник едет голодный, а подчиненный сытый.
На Николая Павловича Крылова было больно смотреть. Уши и шея красные, пот льет ручьем. Конечно, ему не позавидуешь, да и жалко его, не вся же его была вина.
Когда проезжали по поселку Венюково, народу по дороге стояло порядочно. Хрущев сидел на переднем сиденье с открытым окном и отвечал на приветствия жителей поселка кивком головы и жестом руки. Выехали на Симферопольское шоссе и поехали в сторону Москвы. Шоссе было пустынное, через полтора — два километра встречались работники милиции на мотоциклах. Подъехали к деревне Детково, к правлению колхоза и сельсовету, которые находились в одном двухэтажном здании. Навстречу вышел председатель сельского Совета, инвалид войны.
- Здравствуйте, кем работаете? — говорит Никита Сергеевич.
- Председателем сельского Совета.
- А где председатель колхоза? — спрашивает Хрущев.
- Он болеет вот уже три дня.
Хрущев:
- Крылов, ты зачем меня сюда привез?
Крылов:
- А я не знал, что председатель болеет.
Хрущев:
- Как не знал? Может, председателю колхоза нужна помощь в лечении, может быть, его надо поместить в областную больницу? Он не знал... Какой ты секретарь! Нет, так дальше дело не пойдет. Обращаясь ко мне, сказал:
- Ты молодой, тебе еще много работать. Учись, каким не надо быть руководителем. До свидания, товарищи. Сел в машину, и скоро они скрылись вдали.
Я спросил Крылова:
- Николай Павлович, я доеду до райкома в Вашей машине?
- Садись, — отвечает.
В его машину сел и второй секретарь райкома Василий Афанасьевич Комонов.
Крылов сказал Комонову о словах Хрущева насчет голодных.
Комонов:
- Шмелёк (так называли председателя колхоза Шмелькова Павла Ильича), ну, подвел, ну, гад! Ведь я его предупреждал, чтобы был в колхозе. Хоть бы картошку жареную предложили.
        Подъехали к райкому, поднялись на второй этаж. Крылов, Гришин, Комонов вошли в кабинет Крылова, дверь закрылась и послышались брань и гвалт.
        Прошла неделя. В район прибыл работник обкома партии Макар Семенович Демиденко под видом уполномоченного для оказания практической помощи. Около двух недель он со вторым секретарем РК КПСС Василием Афанасьевичем Комоновым ездил по району, знакомился с сельскохозяйственными и промышленными предприятиями. Через пару недель состоялся пленум Лопасненского районного комитета партии, на повестке дня стоял один вопрос — о снятии с работы первого секретаря РК КПСС т. Крылова. Пленум прошел быстро. Выступающих почти не было. С краткой информацией выступила третий секретарь МК КПСС т. Третьякова. Она сообщила решение Московского областного комитета о невозможности дальнейшего пребывания Н.П. Крылова на должности первого секретаря в связи с большими упущениями в работе. Проголосовали единогласно.
        Первым секретарем по рекомендации Московского областного комитета КПСС был избран Макар Семенович Демиденко. Н.П. Крылов поблагодарил партийный актив за то, что в течение пяти лет ему доверяли руководить районом. Прошло несколько дней. В МК комсомола состоялось совещание первых секретарей райкомов комсомола области. Только расселись в зале заседаний, как вышел первый секретарь обкома комсомола Николай Трофимович Сизов. Поздоровавшись, он сказал, что нас ждет Никита Сергеевич Хрущев, автобусы поданы.
        Через каких-то 30 минут мы уже были в обкоме партии, в зале пленарных заседаний. Вышел Н.С. Хрущев, поздоровался и с ходу начал:
- Вот я недавно был в Лопасненском районе... Где здесь секретарь? Да, вот он. Понимаете, район расположен на юге области. Земли нормальные, плодородные, погодные условия позволяют успешно заниматься сельским хозяйством. А результаты, прямо сказать, плачевные. Это явная недоработка руководства района. Обмен опытом отсутствует, люди не учатся. Одним словом, процветает бесхозяйственность.
        На этом разбор свой поездки он закончил. Переходя к одной из основных тем своей беседы, он спросил: - На что мы сейчас должны обратить внимание? Очевидно, на сенокос? Кто мне скажет, сколько на селе продолжается уборка естественных трав?
Голос из зала:
- Месяц, а то и полтора.
- Правильно, - говорит Хрущев. - Трава уже потеряла свои витаминные качества, она, как струна, а мы все косим. А если вы приедете в деревню, соберете колхозников и скажите: «Все, что вы скосите, посушите и перевезете домой, — все ваше», — за сколько все будет убрано?
Голос из зала:
- За две — три недели.
Хрущев:
- Вы плохо знаете наш народ! За неделю будет все скошено, подсушено и, даже если вы не дадите им транспорт, перевезено. Будут работать и стар, и млад. Все будут трудиться. А почему? Материальная заинтересованность! Еще Ленин говорил:«Если вы будете строить коммунизм на одном энтузиазме, вы его никогда не построите! А если на материальной заинтересованности плюс энтузиазм, вы его обязательно построите».


       Е. КРАСНОВ, г. Чехов.
       Газета «Чеховский Вестник» от 16 сентября 2006 г.