Новогодние ёлки моего детства

Так уж получилось, что моё детство прошло без родителей. Бабушка, с которой я жил, ёлок мне не собирала. И вот первая ёлка, которая осталась в моей памяти, была школьная ёлка. Было это в 1936 году, когда я учился в первом классе Лопасненской школы.

Учительница наша, Нина Васильевна Мясникова, велела принести нам по 1 рублю на подарок и мешочек, куда этот подарок положить. И вот пришёл этот торжественный день. Ёлку нам собрали в самом большом классе школы, а учились мы в Доме Васильчиковых. Ёлка была такая большая, игрушек на ней было так много, что глаза разбегались. Игрушки были не только купленные, но были и такие, которые сделали старшеклассники. На ёлку к нам пришли Дед Мороз, Снегурочка и разные звери. Показали новогоднюю сказку, которая нам, малышам, очень понравилась. На ёлке зажгли настоящие свечи, и мы водили вокруг неё хоровод. В зале стоял рояль, и кто-то из учителей хорошо играл песенки, а все дружно пели.

Вот с тех пор прошло больше 70 лет, а всё же эта ёлка осталась в памяти. Огромную радость доставили детям гостинцы. Наши мешочки были полностью наполнены: конфетами, пряниками, яблоками... и даже была колбаса. Мы так радовались! Ведь надо учесть, что в нашей стране до 1935 года была карточная система. Всё, что было в подарке, можно было купить в магазине только по карточкам.

Помню, как встречали Новый 1942 год. В декабре 1941 года радио принесло в нашу Лопасню радостную весть: немецкие войска побежали от Москвы. Люди вздохнули радостно. Не бывать немцам в Москве! Не видеть им нашей Лопасни! И вот я, а мне было в то время 13 лет, и два мои двоюродных брата решили нарядить ёлку. Игрушек у нас оказалось маловато. Поэтому где-то во второй половине декабря пошли с утра в магазин купить ёлочные украшения. (До этого, в ноябре, мы с бабушкой эвакуировались в посёлок Новый Быт и вот только вернулись в Лопасню, а жили мы в Зачатье).

Подошли мы с братьями к мосту через реку Лопасню и увидели, что от моста к речке Теребенке тянется противотанковый ров, глубокий, с отвесными стенами. На перекрёстке выкопаны глубокие ямы, в которые хотели заложить фугасы. Если бы немцы пришли в Лопасню, перекрёстки взорвали бы. В угловых комнатах кирпичных домов на втором этаже окна были заложены кирпичами, и в них были оставлены амбразуры для пулемётов. Около Дома культуры были возведены две баррикады. Одна, из бетонных блоков, – на улице Московской, где оставили отверстие для проезда наших автомобиля или танка. Рядом лежали противотанковые ежи, сделанные из железнодорожных рельсов. Вторая баррикада была на Колхозной улице, что идёт на Венюково.

Смотрели мы на все это и радовались, что разбили немцев под Москвой, не пришли они к нам в Лопасню. Наконец, дошли мы до универмага. Ёлочных украшений там не оказалось. Наверное, в Лопасню в то время снаряды и патроны везли, а до игрушек руки не доходили. Решили мы тогда пойти в книжный магазин, чтобы купить клей и из бумаги гирлянды клеить. Купили клей, вышли из магазина и слышим: со стороны Москвы самолёт летит, на бреющем полёте приближается. Низко. Моторы ревут сильно. Выбежали из-за угла посмотреть. Со стороны Москвы прямо по крышам немецкий бомбардировщик летит. А в воздухе от него летят к земле бомбы. Спрятались за угол, легли около стены в снег и ждём, что дальше будет. Самолёту до нас каких-то 500 метров оставалось, а нам казалось, что очень медленно он к нам приближается. Успели подумать и о том, хватит ли на самолёте бомб до нас.

И вот он вынырнул из-за крыши. Рёв его моторов к земле прижимает. Уже не бомбы сыпятся, а пулемёты стреляют. Пули трассирующие красненькие, зелёные из-под крыльев летят. Пролетел самолёт, а потом бомбы рваться стали. Отгрохотало, и выглянули мы в сторону Москвы. Черно всё. Всю улицу дымом заволокло. Побежали скорей домой, а около парикмахерской, где сейчас Прокину памятник стоит, собирается народ. Люди бегут к стоящему грузовику. И мы побежали посмотреть, что же там случилось. Около машины лежал красноармеец. Пуля с самолёта попала ему в голову. Погиб боец. В тылу, а не на передовой. Когда мы переходили мост, стоящий там на посту красноармеец спросил: «Ну, что, испугались?» «Не очень», – ответили мы, а у самих душа в пятки ушла.

За ёлкой мы в лес на лыжах сходили. Землянок много увидели, а красноармейцы уже ушли вслед за отступающими вражьими войсками. Ёлку нарядили. Игрушки были и ранее купленные, и своими руками сделанные. Бабушка самовар поставила, картошки наварила, пироги с капустой из ржаной муки сделала. (В это время мы ещё не голодали. Голодно стало весной 1942 года.) Радио послушали, а там передавали, что отступают немецкие войска, освобождают нашу Подмосковную землю.

А от бомбёжки в этот день, говорили, погибло пять человек и раненые были. Три бомбы попали в дома, одна из них сильно повредила Дом культуры, и целый год мы не могли смотреть в нём кино.

А.П. Семёнов,
заведующий экскурсионно-методической работой музея.