Музей Памяти 1941-1945 г. Чехов

Сильные духом

Сильные духом

Прошлым летом мы с учениками седьмого класса Якшинской школы прошли по дорогам войны, чтобы почтить память тех, кто своей жизнью отстоял для нас голубое небо с неумолкающей песней жаворонка, землю, на которой мирно рокочут трактора.

Мы склоняли головы у братских могил в Покрове и Стремилове, затем побывали в деревне Леоново — на рубеже, где было остановлено нашествие немецко - фашистских войск. Нас радушно встретила там старейшая учительница района Мария Петровна Черкасова, ныне пенсионерка.

Тихо шелестели травы, легкий ветерок раскачивал молодые березки, где-то совсем рядом стрекотал кузнечик.

Сейчас здесь все зеленеет, все цветет,— задумчиво произнесла Мария Петровна, и эти слова показались вначале будничными, прозаическими. Но когда она рассказала о том, что эта земля в далеком 41-м была обильно полита кровью, они приобрели особый смысл. Ребята с замиранием сердца слушали ее.

Гитлеровцы находились тогда в Жуковой овраге,— продолжала Мария Петровна. — Вон там, за ним начинаются поля деревни Мелихово Калужской области. Это место несколько раз переходило из рук в руки и было усеяно трупами... Штаб немцев находился в школе. Наши из леса обстреливали его. И одним из снарядов подожгли фашистское логово.

Ребята подошли к сохранившимся развалинам бывшей школы. Стены и поныне хранят следы осколков и пуль. Сережа Орехов, Леня Никитин и Юра Носков обнаружили насквозь простреленный кирпич.

А Мария Петровна продолжала:

— Уже после освобождения в лесу за нашей деревней произошло несчастье. Приехали к нам комсомольцы,ученики 10 класса Троицкой школы помочь колхозу в заготовке сена и... подорвались на немецкой мине.

Встретились мы и с другой жительницей деревин Леоново — Софьей Сергеевной Коротковой. Несмотря на свой семидесятипятилетний возраст, она обнаружила удивительную жизнерадостность. Женщина много пережила в ту лихую годину, многое сохранила ее память. Она рассказала:

—Я тогда жила в деревне Маркове. Мужа на войну взяли. Только три письма успел прислать. Осталась я одна с пятью детьми. Старшему четырнадцать годков было, а самому младшему — три месяца, в люльке качала... Когда немцы подходили к Маркову, мы хлеб закопали. Нашли, паразиты! Пять мешков муки увезли со двора. Я кричу им: «Все забрали, ребят нечем кормить!» А один ихний по-русски спрашивает: «Что ж, немцы захватчики?» «Да, захватчики!» — говорю. Я их не боялась. А фашисты потом стали выгонять из домов на улицу всех жителей — и детей, и стариков. В декабре это было. Я даже не успела одеться. Грудного на руках держу, остальные около меня. Погнали нас, как скотину, на Тарутино. В домах все грабили, что под руку попадалось. На ночь загнали нас в Тарутинскую церковь...

Софья Сергеевна задумчиво поглядела на семейные фотографии и продолжала:

— Уже за Малоярославцем, у деревни Воробьеве услышали мы стрельбу... Наши наступали! Освободили нас родные, накормили. И сказали потом: «Возвращайтесь домой!» Вернулись мы. Кругом разруха. С чего начинать новую жизнь? Стали колхоз восстанавливать. Меня председателем поставили. Лошадей нет, семян нет. Пошла в Лопасню, в райисполком. Здесь дали семян — тонну картошки. Все на плечах переносили. Мы, женщины, на себе плуг тянули, а детишки, даже поменьше, чем вы, ребята, клали картофель в борозду. Потихоньку ожили, поднялись на ноги. Все дети мои выросли, грамоте обучились, сейчас работают.

Софья Сергеевна возвращается к фотографиям, развешенным на стене. И с гордостью рассказывает о своих детях, о светлой судьбе каждого из них.

Прощаясь с Софьей Сергеевной, ребята вспомнили слова великого Гоголя: «Да разве найдутся на свете такие огни, муки и такая сила, которая пересилила бы русскую силу!».


Н. ВОИНЦЕВ, учитель.


Газета "За Коммунистически труд" от 22 января 1974 г.

стремиловский рубеж

Стремиловский рубеж